По ту сторону надежды

Один из немногих авторов, творчество которого ожидаешь. И согласен даже включить эти шизанутые функции смартфона - пусть оповещают! Филигранную наивность Аки Каурисмяки я до сих пор ношу с собой и берегу её как зеницу ока. Пересекая каждый раз границу с Финляндией, невольно всмоминаешь этого демона скандинавского синематографа, который умудрился сделать имя в стране, где из киноискусства видятся лишь те же самые кинотеатры, застилающие страну нашу с вами. Для творчества этого режиссёра у меня всегда приготовлено описание - 'северная музыкальность'. Та самая музыкальность, как от горячего костра в душе, но находящегося на льдине между замёрзших озёр. Послушайте музыку, которой наполнена данная лента - при всей неспешности повествования, даже самая лиричная мелодия преисполнена жизнью. И именно та самая музыкальная жизнь каждый раз помогает двигаться главному герою Каледу, когда он сталкивается с ребристой поверхностью на карте своей судьбы - судьбы мигранта, обманом прибывшего в Финляндию и ищущего свою сестру, оставаясь безумно наивным персонажей в такой же безумно наивной стране. Это лёгкая и воздушная ироничная драма, с даже большими, чем обычно позволяет себе Каурисмяки, комедийныим элементами. Чего стоит один барный блок - истории, происходящие в нём, воистину магичны. А сея магичность имеет весьма веское определение смешного... А уж само определение смешного делает воистину пепельную тему миграции довольно ненавязчивой идеей. Ведь правда же, сейчас беженцы становятся всё большими и большими героями в страдающем гуманистическом обществе, которое внутри себя продолжает водить над всяк прибывшим микроскопом, как над пойманным и дёргающимся муравьём, а потом проявляет своё великодушие и откармливает его. После чего вдруг вновь перестаёт это делать, когда его собратья дорвутся до своего всепоглащающей ненависти. Весьма широкие рассуждения там, где этого и не требовалось, не находите? У Каурисмяки и в помине нет крутящейся и танцующей на костях драмы, и уже тем более нет глубокого и безвыходного давления на сознание, которое так и норовит задействовать силу своего противодействия. Поэтому и в Берлине он получает 'лучшего режиссёра', но не получает 'лучший фильм' - ни слёз, ни уроков, ни гнетущей несостоятельности социальной общины. Нет смысла каяться, когда каяться не в чем. Возможно, не случайно этот фильм может оказаться последнем в биографии режиссёра, о чём он заявил сразу после фестиваля - лента в какой-то мере ставит точку этой творческой наивности. Все герои Каурисмяки - безмолвные лица, по-детски хлопающие ресницами - это маленькие финские (и не только) люди, со своим несоизмеримым багажом проблем, идущие по дороге жизни в три погибели, но обладающие каким-то немыслимым обездвиженным очарованием не замечать этого, будучи самым наивным организмом на планете. Даже в момент полного угасания, они считают себя счастливыми, так, что начинаешь сопереживать им, поскольку там, в ленте, в этом прямоугольнике экрана, все досконально белое, а для тебя, зрителя, краски уже все смешаны и чёрное проглядывает в любом из возможных случаев. Но если мы упакуем всё это в тару из-под абсурда, из простых и таких наивных гэгов. Где-то проблема миграции даже не станет проблемой, а кто-то в этом увидит лишь приятную историю по утру, сколько бы трагедий в ней не было заложено. Финский романтизм, однако.

«Хорошие люди повсюду» - главный посыл Аки Каурисмяки, который сопровождает весь фильм «По ту сторону надежды». Действие происходит в насятощее время. Беженец из Сирии Халид (Шерван Хаджи) поступает как все благоразумные беженцы, покинувшие страну в военное время, - идет в полицию, искать убежище. Пройдя через сложный бюрократический аппарат регистраций, интервью и проживания в Центре содержания беженцев, он не находит опоры в лице финского правительства. По итогам анализа ситуации в Алепе (городе, откуда сбежал главный герой) выявлено, что конфликт в городе не находится в той стадии, что мог бы представлять угрозу. Комиссия пришла к выводу, что Халид не нуждается в дополнительной защите и принимает решение депортировать его на родину. Тем же вечером, в новостях по телевидению, Каурисмяки ставит шах и мат всему бюрократическому аппарату финской системы, - в Алепе до настоящего времени продолаются военные действия, власти находят ситуацию в Сирии «крайне тревожной». Этот ход, казалось бы, настолько простой, отображающий реальное положение дел, ставит в одном углу обычных людей, беженцев, и, с другой стороны, власти Финляндии, то, как они соотносят данные, представляемые на всеобщее обозрение – через СМИ, - и то, как они поступают на самом деле, - депортируют Халида в город, где ведутся военные действия. Но Каурисмяки не стремится произвести фурор или скандал, он как философ-наблюдатель, сопоставляет имеющиеся у него (другими словами – у нас) данные, для анализа сложившейся ситуации. Причем делает это так умело, что наслаивает вторую сюжетную линию – про Викстрома (Сакари Куосманен), - который оставляет пьющую жену, порывает с прошлым бизнесом, продавая оптом рубашки, и отправляется открывать ресторан. Правда делает это весьма нетривиальным образом. Куосманен оказался для меня настоящим открытием. Великолепный актер, находящийся в том возрасте, чтобы играть настоящих начальников, директоров, строителей своей жизни. Будь то эпизод в закрытом покер-клубе, где Викстром разыгрывает в пух-и-прах серьезных людей, зарабатывая себе на безбедное будущее, или в бизнес-конторе, где он жестко ставит рамки, согласно которым готов приобрести заведение, или в самом ресторане, где он, по сути впервые оказавшийся в этом бизнесе, ищет пути к популяризации заведения и заработку (из этого, кстати, входит немало комичных ситуаций). Две сюжетные линии идут вдоль по дороге, чтобы рано или поздно соединиться. А саундтреком служит исключительно живая музыка. Никаких записей, пластинок или треков, исключительно живое выступление обычных финских исполнителей, чье пение и музыка проникает в самую душу. И хотя тексты песен остаются загадкой для обычного рядового зрителя, не знакомого с финским языком, остается понятным, что все они служат одной цели – поддержать героев, провести их друг к другу, чтобы все закончилось на счастливой ноте.

Что ни говори, а европейское кино всегда отличалось от голливудского. Может быть, из-за того, что мы его редко смотрим, оно кажется чем-то другим. 'По ту сторону надежды' - первый европейский фильм, который я посмотрел за долгое время. Могу сказать следующее: это великолепная картина, в простом ключе доводящая до зрителя простые истины. В сценарном плане к ленте не подкопаться: всего дважды у меня возникли сомнения в логике поведения тех или иных героев. Имеются две сюжетные линии, которые в определенный момент органично сводятся воедино: фактически Старый и Новый мир нашли друг друга, и наблюдать за этим взаимодействием крайне увлекательно. Еще раз хочу подчеркнуть главную особенность повествования - простоту, но в то же время точность подачи: основные мировые события и тенденции, темы национальностей, поколений и другие животрепещущие вопросы талантливый Аки Каурисмяки показывает таким образом, как это должно бы быть в реальной жизни. Через множество прекрасно комичных, драматических и одновременно незатейливых сцен режиссеру удается достичь своей благородной цели - пробудить надежду на лучшее будущее. Надежда невидимой нитью проходит через весь хронометраж: доброта и безвозмездная помощь окружающих двух главных лиц людей придают слову 'надежда' иной, существенный смысл. Каждый из нас в конце концов простой человек, который при определенных обстоятельствах ничего не может поделать, кроме как надеяться. И вот реализация этого 'надеяться' зависит от каждого из нас, не оставайтесь глухими к чужим бедам. Государство все делает в соответствии с правилами, требованиями, законами, но они не могут быть применимы к абсолютно любой жизненной ситуации, поэтому в этот момент бездушная машина отключается и вперед выходит человеческое отношение. Из актерского состава мне, конечно, никто неизвестен, но весь каст на 100% справляется со своими задачами: это честная и естественная игра. Здесь также изумительный музыкальный фон: каждая из сыгранных песен, мелодий по-своему уникальна, шикарна и неповторима. Картинка не перегружена излишними атрибутами антуража, все очень даже минималистично, что делает изображение еще более интересным. 'По ту сторону надежды' - сильное кино о людях. Несмотря на отсутствие всего того, чем так хороши американские ленты, от данного творения невозможно оторвать глаз: оно, как говорится, сделано с чувством, с толком, с расстановкой. До похода в зал на очередную часть звездной саги вы вряд ли найдете что-то более крутое, чем фильм Каурисмяки, не проходите мимо. 9 из 10

Перестань спешить и забудь о громких звуках очередного блокбастера, раздающихся в кинозале. Присядь под деревом, закури (табачного дыма здесь будет очень много) и взгляни на окраины Хельсинки. Фильм покажется таким же холодным, как сама Финляндия, но в то же время согреет душу своей размеренностью и спокойствием. Он причудливо сочетает в себе трагичность жизни ближневосточных беженцев и бытовые курьезы, главные герои которых – обычные люди с целым чемоданом проблем, о которых они никогда тебе не расскажут. В этом финская натура: наивность, романтизм, простота, потерянность, стремление к уединению и внутреннему равновесию – финны никуда не спешат, ничего не ждут и даже не имеют будущего времени в языке. Даже здесь их взгляд устремлен в прошлое: фильм будто бы снят в 1990-х, если не раньше. При этом картина совершенно не навевает грусть, напротив, гарантированно заставит смеяться на некоторых моментах. «По ту сторону надежды» создает ощущение беспомощности каждого героя и абсолютного отсутствия их сопротивления судьбе. И ни для них самих, ни для зрителя в этом нет ничего плохого и печального – для всех, помимо жизненных трагедий, существуют добро и надежда. Остановись, успокойся, забудь о собственных переживаниях, влюбись в Финляндию, как это сделал главный герой, и заодно – в замечательный саундтрек. 8 из 10

Фильм Каурисмяки прост и приятен как всегда. Поэтому сложно не впасть в сентиментальный тон. Мне не удалось не впасть в него, к сожалению. А, может, и к радости. Подобный тон показывает, что есть еще во мне (да и в людях вокруг) запасы добра и заботливости. Вот о чем мне напомнил этот фильм. Чтобы помогать другим, особенно чужакам, которые по определению грязные, пархатые, вороватые и отягщены всеми грехами, не обязательно принадлежать какой-либо группе помощи: волонтерам, комитетам, государству. Наоборот, все, что было в этом фильме организованным (исключая бомжей), все источало ненависть и равнодушие: госорганы и нацики. Все носили форму. Может быть, благодаря тому, что Викстрем в начале фильма избавился от официальных костюмов, он смог потом открыть сердце для жалости (вот она, сентиментальность!), помочь Каледу и простить жену. Можно помогать, не имея кучи денег, будучи поглощенным работой или безработным вообще. Потому что помощь не обязательно должна выражаться в деньгах. Благодаря телевидению у нас засела мысль, что помощь=деньги=государство, поэтому пусть с нуждающимися и разбирается государство, а мы и так налоги платим. Так не получится. Никто лучше нас не знает, как помочь. Потому что мы — обычные люди, а не безличные госорганы.