Убийца живет в доме... №21

Инспектор полиции разыскивает серийного убийцу, который на месте преступления оставляет свою визитку – месье Дюран. Сыщик узнает, что маньяк живет в пансионате на авеню Жюно в доме №21. Он вселяется туда под видом священника, и пытается выяснить, кто из постояльцев – неуловимый Дюран. Пикантность ситуации в том, что после ареста очередного подозреваемого, следует новое убийство. Главные герои Клузо – «маленькие люди». Но, в отличие от русской литературной классики, они не униженные и оскорбленные. Отнюдь! Они следят друг за другом, интригуют, подозревают, готовы предать. Таковы невзрачные на вид персонажи захудалого пансионата. Но кто-то из них – герой первых полос в газетах. Хичкок не зря боялся, чт именно Клузо может отобрать у него титул «Мастера саспенса». Клаустрофобия детектива с точно очерченным кругом подозреваемых, сдобрена большой порцией юмора, так что некоторые относят этот фильм к жанру черной комедии. Этот первый фильм Анри-Жоржа Клузо в режиссёрском кресле. Он поставлен для существующей на германские деньги киностудии «Continental films» в оккупированной, вишистской Франции. После завершения Второй мировой войны Клузо поплатится за свое сотрудничество с Continental двухлетним запретом на профессию. 8 из 10

Вот и посмотрел первую серьезную работу Анри-Жоржа Клузо. Сразу хотел бы отметить, что картина снималась в оккупации. При этом получилось все четко, ярко и оригинально. Сравнивая фильм с многочисленными американскими нуарами, картина Клузо выгодно отличается отсутствием напряжения. Режиссер смешивая многочисленные стили - картины французских режиссеров, немецкий экспрессионизм и американские нуары, получает совершенно новый, неожиданный результат. Очевидно, что в данном случае речь идет о таланте. Клузо смог передать свою реальность и заставляет верить в нее по сей день. Начинается фильм с филигранной сцены жестокого убийства. Затем будет достаточно скучное, на мой взгляд, расследование. Впрочем, для детективов того периода - это норма. Ведь, даже 'Лора' Преминджера в середине картины весьма скучновата. В этой части блистает Клузо. Многочисленные, типично французские зарисовки, полу-философские и полу-потребительские беседы. Экзальтированные женщины, считающие себя центром мироздания. Фактически, режиссер ненавязчиво, но очень точно создает свой маленький мир, причем строго в рамках детективного жанра. Ну, а в заключении мы получаем стремительно развивающийся темп и весьма запоминающуюся концовку. Присмотритесь к последним кадрам - мне кажется режиссер более чем откровенен. Мне кажется, что он делал прямые сравнения между преступниками и нацистским режимом. Впрочем, это все уже детали. В итоге: мне кажется, что Клузо снял просто замечательную картину. Несмотря на строго детективный жанр - фильм получился весьма изящным и многогранным. Мне кажется, что одна из лучших кинокартин 42 года в мире. 8 из 10

«Убийца живет в 21-м» - режиссерский дебют Клузо, несущий на себе как достоинства, так и недостатки французского кино до прихода «новой волны». К первым можно отнести плотное, сжатое повествование, спрессовывающее многочисленные события в 80 минут экранного времени. Ко вторым – карикатурность персонажей, выдаваемую за колорит, чрезмерн6о комически заостренную актерскую игру, порой опускающуюся до уровня низкопробного фарса. Виртуозный монтаж умело чередует крупные и общие планы, задавая нарративу стремительный ритм, удачно оттеняющий неправдоподобные повороты сюжета, не позволяя им бросаться в глаза. Издержки детективного повествования экранизируемого романа А. Стемана Клузо компенсирует комическими деталями, создавая непривычную для своих фильмов амбивалентную атмосферу доверия/подозрительности. В его режиссерской вселенной еще нет удушающей мизантропии и безысходности, пронизывающих уже его второй фильм «Ворон», вместо них в «Убийце..» царит веселая атмосфера мюзик-холла и комедий положений в духе Любича и Капры. Налет чисто французской фривольности сообщает картине сверхординарная игра С. Делер, оживляющей своей динамической пластикой пространство кадра. Молниеносные перекрестные диалоги, будто позаимствованные из «Правил игры» Ренуара, сообщают ленте иллюзию виртуозности, ибо актеры непрестанно скатываются в фарс, нещадно шаржируя, огрубляя образы своих персонажей. Даже обнаружение истины выглядит как шутка, насмешка над зрителем. В целом, картина Клузо в зачатке содержит все будущие темы его творчества: тотальная вина человеческого рода, круговая порука зла, в которую впутаны все без исключения, невозможность сохранения нравственной чистоты в мире, отравленном порочностью. Суровый, отчасти даже высокомерный морализм Клузо, не идущий ни в какой сравнение с лукавым, подмигивающим нравственным укором Хичкока, в этой картине еще только намечен, еще закамуфлирован плотным слоем фарса и комедии, но уже не видит перспектив в социальном и политическом развитии общества.