С унынием в лице

95 год. Америка, Нью-Йорк, Бруклин где есть всё, табачная лавка. Кофе и сигареты. У каждого человека есть свои странности в голове. В этом фильме посетители табачной лавки сами раскрывают свою душу; рассказывают о своём предназначении в жизни, интересах, или о принадлежности к какой-то малейшей части из огромного мира вещей. Этим фильмом нужно проникнуться, и с каждым новым просмотром Вы будете открывать для себя что-то новое.

Китаец Уэйн Ван представляет собой один из удачнейших примеров творческой и профессиональной адаптации к иным культурным традициям. И «Дым», и выросшая из него лента «С унынием на лице», есть не что иное, как признании в любви Бруклину и его обитателям. На пару со своим соавтором Полом Остером он собрал на пятачковом пространстве табачной лавки Огги Рена разномастную аудиторию – от суперзвезды Мадонны, которой пришлось исполнить здесь песенные куплеты чуть ли не за 5 баксов (таков был гонорар), до гуру интеллектуального независимого кино Джима Джармуша. Последний, между делом, делится своими интереснейшими наблюдениями о стереотипах курения в кино и публично - прямо перед камерой - завязывает с этой вредной привычкой. И хотя Джармуш начал снимать свой «сериал» «Кофе и сигареты» ещё задолго до Blue In The Face, он всё же сильно припозднился с его завершением. Ван и Остер (выступивший впервые не только в роли сценариста, но и сорежиссёра) так основательно взрыхлили тему, что всё, выходящее после их дилогии, можно считать лишь постскриптумом к ней. Им удалось создать многофигурный коллаж о гигантском районе Нью-Йорка с населением в 2,5 млн. жителей. Некоторые из них, например, Лу Рид, выступали с пространными монологами о бельгийских вафлях, бейсболе или очках с поднимающимися стеклами. Другие, как та же Мадонна, Мира Сорвино, или Лили Томлин, появлялись лишь на несколько секунд с мимолётными скетчами. Третьи разыгрывали полуимпровизированные сценки на темы – «муж-жена-любовница» или «старые приятели встречаются вновь»… Четвертые, просто люди с улицы, просвещали зрителя с цифрами на устах, сообщая о том, сколько в Бруклине проживает китайцев, евреев и даже - сколько здесь канализационных люков. Но в каждой простой и непритязательной житейской истории отчётливо слышится ироничный подтекст. Чего стоит хотя бы в этой связи сценка о социологическом уличном анкетировании, в которой один из вопросов звучит так: «Смотрите ли вы на свои экскременты перед тем, как спускаете воду из бачка?». Большая часть псевдофилософских монологов стилизована под документальные телерепортажи. Все они преисполнены неистребимой любви к этому гигантскому мегаполису и, конечно же, хорошему куреву - с его неизменным синеватым дымком, больше всего располагающим к душевной беседе. Впрочем, Америка, уже начавшая на тот момент свой «крестовый поход» за здоровый образ жизни, в массовом порядке проигнорировала эту табачную сагу. В североамериканском прокате фильм потерпел абсолютное фиаско: при бюджете в 2 миллиона долларов сборы составили только $1,2 млн.