Кинозвезды не умирают

Слоняясь по коридорам доходного дома, Питер увидел в открытом дверном проёме немолодую даму, гримасничавшую перед зеркалом, признав в ней знаменитую актрису Глорию Грэм, а та, в свою очередь, перехватила заинтересованный взгляд молодого человека, притянув вместе с ним и самого поклонника, профессионально связанного с театром, ставшим последним прибежищем для разведённой с кино женщины, потерявшей малую удачу, так и не найдя ничего стоящего взамен. Роман вспыхивает мгновенно и развивается бурно, стремительно сближая любовников, перемещающихся из Англии за океан, к Голливудским холмам Лос Анджелеса и в сердце Махэттена, - по сценарию эти путешествия идут флэшбэком к тревожному прологу фильма, когда, пережив внезапный приступ болезни, разваливающаяся Глория заявляется в ливерпульский дом Питера, сваливаясь нежданной обузой на руки его матери, будто ей было мало своих забот, определяя очевидный любовный треугольник: он, она и cancer, отступив, снова вернувшийся за ней. Обособив один эпизод, сценаристы сосредоточили своё внимание на коротком отрезке биографии знаменитости, пренебрегая иными событиями, наполнявшими десятилетия её жизни до, сводя к минимуму детализацию портрета влюблённого в неё Питера, а членов его семьи так и вовсе выставляя наравне с кухонной мебелью, одержимо разжигая позднюю романтическую страсть, доведённую до абсурда желанием пожухшей Глории сыграть роль Джульетты, отчего становится ясной утешительная роль партнёра, попавшегося на закинутый ловко крючок. Собрав пару, кино вращается вокруг этих двоих, демонстративно уклоняясь от сопутствующих линий, что особо подчёркивает специфическая техника съёмки, в большинстве случаев происходящей изнутри различных пространственно замкнутых объектов, будь то домашняя комната, гостиничный номер или вагончик на морском берегу: камера почти всегда устремлена наружу, упираясь в прикрытые шторами окна или приоткрытую дверь, отгораживающие влюблённых от внешнего мира, да и на улице кадр, как правило сжат с двух сторон линиями стен дворов, улиц и дорог, нежностью приглушённого света окружая, как предположено, нежность исключительных чувств. И Аннетт Бенинг, и Джейми Белл безупречно разыгрывают сцены конфликтной близости двух странных людей, лишённых контекстной определённости собственных действий, что не избавляет от подозрений в замысловатом манипулировании одного из них другим, да и по ходу дела авторам картины, пусть и скороговоркой, всё-таки приходится вспомнить о нескольких оборванных разводами браках актрисы, включая связь с пасынком тринадцати лет, о чём предостерегая рассказывают Питеру зловещие, но правдивые родственники Глории, мешающие сценаристам, зажмурив глаза, совсем уж избавиться от скандальных свойств женского характера, намеренно выхолащивая образы обоих любовников, а их историю свести к абсолютизации чувств, в финале пафосно декламируя текст великой трагедии Шекспира, неосторожно обламывая о него свою комедию.