Большая любовь

«Но скованные одной цепью…» Илья Кормильцев. Будильник, зубная щетка, утренний сэндвич, через 5 минут на работу, улыбнуться дочке, пожелать удачи сыну, поцеловать жену и… еще одну жену, и, на, наконец, последнюю, но не менее любимую тоже жену – все, теперь можно ехать. Еще одно утро отца обычного полигамного семейства из гнезда мормонского движения – Солт–Лейк-Сити, штат Юта. О, черт! Неужели эти религиозные фанатики добрались и до сериалов. Теперь будут наводить тень на плетень о истинном пути к Богу и преимуществах многоженства. А вот и нет, все гораздо сложнее и куда запутаннее. Это бытовая драма, в которой, как положено в традициях жанра, анализируются характеры через поступки и слова, препарируются отношения, разыскиваются темные стороны, по пути подсвечивая светлые. В то же время, религиозная часть такого образа жизни показана с далеко не лучшей стороны. Местная ячейка Церкви Святых Последних Дней – это мафия. Вымогательство, шантаж, мошенничество, финансовые махинации – вот творимые чудеса на Земле. В семье же Хенриксов о Боге вспоминают только по праздникам, никакого зомбирования, дети учатся в светских школах, никогда не молятся. Нет, не вера заставляет их так жить… «Если б я был султан – был бы холостой». Все болезни - от нервов, а разводы - от непонимания. И это, если на поле семейных баталий - два человека. Что же за атомный взрыв может случиться, если вместе живу, ведут общий быт, всем делятся три жены и один муж. Да, проблем, безусловно, больше. Но источник их совсем не в ревности женщин, делящих мужчину, потому что всех устаивает график распределения мужненой ласки: одну ночь – Барб, следующая – Ники, потом – Мардж – эта кажущаяся для традиционных отношений дикость здесь стала совершенно обычным рутинным делом. Главная беда – различия характеров. Ответственная, строгая Барб, пытаясь удержать на плаву общий быт 11 человек со всегда голодными младенцами и вечно ищущими себя подростками, отдает приказы, распределяет обязанности, что конечно не нравится самостоятельной и деловой Ники, которая по натуре тоже хранительница очага, но вынуждена подчиняться «старшей жене», но, может быть, еще больше ее раздражает беспечная, по-детски наивная Мардж, для которой все это в новинку, она пытается быть полезной, но не всегда получается. Интриги и сплетни, скандалы и затаенная злоба переходят из кухни в ванную через общий двор с милым бассейном, заставляя крепче стискивать зубы. В стороне от непредсказуемой бухты бабьего царства, где то шторм, то подозрительное затишье, находится Билл. Конечно, попробуй обеспечить столько народу в 3-х домах с 4-мя машинами. Вот и приходится второй магазин открывать, рекламировать, целый день на работе. Тут еще эти мафиози жить не дают, вот и получается, что, вернувшись домой, остаются силы только, чтобы упасть в объятья одной из жен, главное только не перепутать, чья сегодня ночь. Что разделяет счастье и его всем известный антипод? Вопрос: «Зачем?». Зачем просыпаться, есть, работать, ухаживать за детьми? Если ответ - вера, традиция, инстинкт выживания, больше не знаю, чем заняться, то нужно что-то менять. Счастливы ли наши полигамисты? Делая покупки, вычищая раковину, подметая пол, кормя детей, смотря телевизор, ругаясь с «женами – сестрами», ненавидя себя, стремясь все изменить, занимаясь сексом, страдая от непонимание, плетя интриги, каждый из них по невидимым крупицам создает мир, где любой, от мала до велика, знает, что он будет накормлен, напоен, выслушан, поддержан, обнят и прощен, что выполняя обязанности, скучную работу, отказывая себе, он делает жизнь других легче, что ненависть и раздражение пройдут, а «доброта и участие» останутся, что даже за самое трудное дело всем будет с лихвой отплачено радостью и теплом. Это и есть «счастливый» ответ на вопрос: «Зачем?». За радость! Нет, они не сидят и не повторяют, как сильно любят друг друга. Это проявляется в повседневных мелочах, как любая из жен смотрит за детьми других, что уже забываешь, чей это ребенок, Мардж или Ники, или Барб, потому что нет вообще никаких отличий в отношении, как они переходят из дома в дом, обмениваются всем, вместе готовят, всей семьей смотрят телевизор. Это общее счастье, в котором нет ни одного шва. Разорвав его, останутся лишь корявые куски, которые никуда не приделать. 9 из 10