Фронт без флангов

Фильмы о войне, появлявшиеся в СССР в 1950-60-х годах, создавались в основном людьми неравнодушными, прошедшими через огонь великой войны и очень хорошо знавшими цену её жертв и потерь. Именно поэтому эти чёрно-белые фильмы, не претендующие на эпичность и создание красочных легенд, несут в себе неугасимый огонь настоящей правды о самом тяжёлом испытании для русских людей, и этот огонь по-прежнему способен зажечь сердца, не утратившие чувство сострадания и любви к родине. Появлению таких картин способствовала и хрущёвская оттепель, значительно ослабившая идеологическую цензуру. Но с конца 1960-х ситуация меняется: за дело взялись твердокаменные бойцы идеологического фронта, решившие во что бы то ни стало сделать сказку былью. Такие, например, как первый заместитель председателя КГБ СССР Семён Цвигун, свободное от работы время посвящавший написанию книг и сценариев. Среди его творчества есть сценарий к кинотрилогии «Фронт без флангов», «Фронт за линией фронта» и «Фронт в тылу врага» и основанная на том же материале документальная книга «Мы вернёмся». Правда, документальность этой книги сродни документальности прозы Юлиана Семёнова: тяжёлая реальность бесконечных отступлений и катастроф первых месяцев войны, переработанная пылким воображением советского инквизитора, превращается в яркую иллюстрацию будто бы адекватности первых военных приказов: «ни шагу назад», «в плен не сдаваться» и т.п. Не случайно на главную роль майора Млынского был приглашён на сто процентов идеологически выдержанный Вячеслав Тихонов, предыдущая роль которого в «Семнадцати мгновениях весны» и положила начало красивым сказкам о войне. Смешение реальности с вымыслом начинается уже с элементарных фактов: в реально действовавшей в составе Юго-Западного фронта 41-й стрелковой дивизии никогда не было 315-го полка, а сама 41-я дивизия по месту своей дислокации никак не могла оказаться на Смоленщине. Лиха беда начало: дальше мы на протяжении всего фильма любуемся до рези в глазах положительным майором Млынским, умудряющимся, будучи комиссаром, с честью командовать крупным партизанским соединением, которое к тому же гордо именуется регулярной частью Красной Армии. Да, конечно, Семён Цвигун (он же – сценарист Днепров) воевал на Украине (в том числе и в партизанских отрядах) и об описываемых событиях знал не понаслышке. Но, как известно, знание – штука чудовищно субъективная, легко подстраиваемая под идейные предпочтения и личные желания своего носителя. А уж если эти желания и предпочтения сочетаются с могучей волей служителя государственной безопасности, да ещё накладываются на историко-педагогическое образование, как у Цвигуна, – жди картины маслом, писаной по памяти в стиле субъективно-идеологического реализма. Оказывается, немцы, нанеся советским войскам ряд разгромных поражений в июле-сентябре 1941-го и продвинувшись почти до самой Москвы, оставили у себя в тылу крупные и вполне боеспособные воинские формирования Красной Армии, наносившие при помощи диверсий чувствительный урон противнику. Оказывается, командование фронтом летом 41-го на полном серьёзе включало предполагаемые действия партизан в продуманное и хладнокровное стратегическое планирование. Да мало ли ещё чего оказывается, если послушать опытного гэбиста… Но дело даже не в попрании исторической справедливости и бедного здравого смысла. Дело не в том, что в реальности 41-я дивизия, множество раз отступавшая и терявшая до 2/3 своего состава и почти весь обоз с артиллерией, была полностью уничтожена в Киевском котле в сентябре 1941-го. Дело скорее в том, что даже при серьёзнейшем внимании и интересе к событиям, описываемым в фильме, не удаётся поверить ничему из показанного. Не веришь ни интеллигентно-добродушному майору Млынскому, который не расстаётся с новёхоньким кителем, сверкающим нашивками не хуже немецкого, ни бравому мичману Вакуленчуку, который шутя расстреливает фрицев целыми отделениями, ни тем более немецким офицерам, будто бы глубоко озабоченным активной деятельностью отряда Млынского в собственном тылу. Разумеется, не веришь и в диверсии, сыгранные как по нотам и проходящие без сучка и задоринки. Не веришь даже закадровой песне, слишком явно написанной на заказ и совершенно не трогающей ни одну душевную струнку. Ты, не участвовавший ни в одной мало-мальской войне, слишком хорошо ощущаешь, что война не была, не могла быть такой, как показывают её Семён Днепров и Игорь Гостев. А если ты умеешь мыслить, то понимаешь, что правда о войне – это одно, а картинки на тему войны – совсем другое. И ещё убеждаешься в том, что искусственный пафос, изготовление которого поставлено на поток, – вещь совершенно невкусная и бесполезная для человека, который хочет думать своей головой, уважать себя и помнить настоящую историю.

Смотрел этот фильм всего один лишь раз - то ли в 1974, то ли в 1975 году. Так что все написанное ниже - впечатление тех лет. Нас, тогда школьников, привели смотреть этот фильм организовано - всеми параллельными классами нашей школы. Из разговоров старших было ясно, что просмотр был организован 'сверху' в добровольно- принудительном порядке. Было скучно. Пожалуй, это был самый скучный фильм 'про войну', что мне приходилось видеть до того времени. Единственное, что радовало глаз - это харизматичное лицо экс Штирлица-Тихонова, который для нас тогда (после 17 мгновений) был суперзвездой экрана, да еще - эпизод с воздушным десантом немцев. Помню еще - был в фильме какой-то солдат или матрос, который чуть ли не голыми руками замочил всех немцев - похоже, что основную идею для фильмов 'Коммандо' и 'Рэмбо' американцы позаимствовали у нас. Правда наш 'рэмбо' получился каким-то неубедительным. То ли дело был Виннету, фильмы о котором мы смотрели сами в том же кинозале по два-три раза. Несколько позже вышли два продолжения 'Фронта', от просмотра которых нам удалось уклониться - время было уже другое, да и мы - постарше.