Диагноз «Везучая»

Криминальная комедия про вечно везучую мошенницу, от которой удача отворачивается в самый неподходящий момент, и вечно невезучего бухгалтера, которому позарез нужно восстановить свое доброе имя – мог бы стать очередным сериалом для запойного просмотра на стриминг-сервисах по выходным, если бы не одно “но”. В каноне “Русского Бандитского Кино”, ведущему отсчет от балабановского “Брата”, женщине обычно места не было – “бумер”, набитый мужчинами из одноименного фильма тому подтверждение. Но если всё-таки место и находилось, то женщина существовала либо как трофей главного героя: будь то трамвайщица Света из “Брата”, Ирина Салтыкова из “Брата 2” или скрипачка Ольга Белова из “Бригады”; либо как развлекательно-обслуживающий персонал криминального патриархата: вспомнить хотя бы “вертикальный” социальный лифт героини Ренаты Литвиновой от официантки до секретарши в “Жмурках”. Это не пафосная речь феминисткой активистки, но констатация факта: “бандитское” кино в России – не только о мужчинах и для мужчин, но и романтизации бандитизма. Последнее — лишь симптом «лихих 90-х» агонизирующий до сих пор в массовом кинематографе по причине притягательности быстро и дерзко доступной «справедливости», которая видится тонущей на корабле бюрократии и социального неравенства. В этом свете сериал режиссера Кирилла Кузина образца 2023 года (до этого был нашумевший “Лондонград” в 2015-м), становится если не сенсацией, то занятным прецедентом, поскольку представляет чуть ли не первую попытку феминизирования русскоязычного криминального киномира, пусть даже и в, казалось бы, легком жанре. Авантюризм здесь кажется прикрытием для рассказа о трансформациях героини. И вот почему. Во-первых, разгадка кроется в названии. “Диагноз “Везучая” – практически идеальное вербальное попадание в коллективное бессознательное публики эпохи расцвета психотерапии, эзотерики и метаиронии, выросшее на фильмах, в которых бандиты романтизировались, а перестрелок было больше, чем слов. Во-вторых, в метамодернистских реалиях социально одобряемой осознанности диагностированная болезнь “везучесть” вкупе с циничностью и алчностью Лики-Тарасовой (“Деньги вперед”) требует срочного лечения человечностью и зачастую неуместной честностью, за что и отвечает Антон-Кяро (“Если у вас есть дети или кто-то родной, Вы меня поймёте”). Станет ли разбойница благоразумной? Не знаю, но посмотрю.