Спрут 2

Хотите править миром, находясь при этом в тени и безопасности? Добро пожаловать в ассоциацию «ITALA». Вступив в неё, вы сможете купить всё что угодно. Вы сможете купить кого угодно и когда угодно. Кроме него. Знакомьтесь – Коррадо Каттани. Чёртов идеалист. Глупец. Его нельзя купить. Но можно понять: когда теряешь всех, всё в этом мире приобретает столь ничтожную цену, что самым дорогим на свете становится место на кладбище с улыбающимися лицами близких на надгробной плите. RAI и Флорестано Ванчини представляют – последний честный служитель закона, Микеле Плачидо в телевизионном многосерийном фильме «Спрут 2». Продолжение европейского хита середины 80-х «Спрут» можно охарактеризовать парой слов: Каттани против всех. Против мафии, продажных чиновников, нечистых на руку политиков, банкиров, промышленников. Против всех. Кажется, что на Сицилии, да и во всей Италии, не найти и сотни порядочных людей, чьи руки не испачканы кровью, в чьих карманах нет нечестно полученных денег и чья совесть по-прежнему чиста. Подробно описывать сюжет сей истории невозможно, иначе увязнешь в хитросплетениях и махинациях, из которых она состоит. В наследство от первого сезона его продолжению досталось огромное количество жаждущих продолжения зрителей, главный герой с личной драмой и абсолютно заслуженным правом на месть, весьма запутанный сюжет (не в плане действия, а в плане мотивации поступков героев), а также несколько харизматичных личностей, борющихся за звание главного злодея истории. Здесь ещё нет ни несчастного, словно проклятого кем-то, семейства банкира Антинари, ни бесстрашной судьи Сильвии Конти, ни демонического человека-без-улыбки Тано. Здесь балом по-прежнему правит адвокат Терразини, проигравший партию, но не потерявший очки в общем зачёте. Он знает, что отыграется, а потому с лёгкостью жертвует пешками. Если первый сезон, в котором Каттани, приехав с семьёй на Сицилию, лишь разворошил осиное гнездо, можно назвать просто отличной криминальной драмой, то именно после второго к нему намертво приклеился ярлык «стильный», и причиной тому стала гениальная музыка Эннио Морриконе, задающая тон всему происходящему действу. В ней – весь пафос, драматизм и, если хотите, глубина истории. Я уже не говорю, что эти запоминающиеся с первых нот мелодии просто и банально красивы сами по себе. Морриконе удалось нащупать нерв картины и создать небывалую по силе основную музыкальную тему, которая до неприличия прекрасна, отчасти даже навязчива, которая остаётся в подсознании надолго. Так что музыка – это дивный соус к этому изысканному блюду под названием Месть. Коррадо Каттани медленно и осторожно вершит своё правосудие. Он не ворошиловский стрелок, и хотя уже не верит в силу закона, его действия в какой-то мере никогда не будут ему противоречить. Говорят, месть – блюдо, которое надо подавать холодным, спешка здесь ни к чему. Забывают добавить – оно пропитано медленным ядом, оно вызывает привыкание, оно дарит обманчивое чувство удовлетворения, которое исчезает поутру, и хочется ещё и ещё… Месть не сделает Коррадо счастливым, она не даст ему даже толику удовлетворения, не подарит милосердно его уставшей израненной душе покоя. Глядя на события, разворачивающиеся в ленте, понимаешь истинность выражений мафия бессмертна, коррупция непобедима, а настоящее правосудие давно кануло в Лету. Миром правят деньги, которые даже будучи грязными, увы, не пахнут. «Спрут» - тому прямое доказательство. Озвученная героями схема «услуга-благодарность-шантаж-преступление» работает безотказно. Услуга (помощь) – благодарность (читай, взятка), и вот вы уже повязаны одной нитью. Рука руку моет. А если об этом узнает кто-то третий, то – шантаж, исход которого либо вновь взятка, либо – преступление похуже. Ничего не напоминает? Схема, работающая всегда и везде. Этот фильм действительно подобен игре в китайские шкатулки. Каждый новый сезон – как новый ларец, в котором сокрыты самые немыслимые преступления и самые жестокие мафиози с каменными лицами и мятежными душами. Конца этому не будет никогда, недаром сериал просуществовал до начала XXI века, правда несколько сдав в плане содержания. Этот многосерийный фильм смотрится свежо и актуально до сих пор, потому что коррупция и беззаконие на всех уровнях опутали наш мир, подобно тому самому спруту. Куда ни глянь – повсюду его щупальца – знакомства, связи – всё давно куплено. Всё продаётся. Все имеют свою цену. Прогнившее общество живёт тихо и мирно, пока не появляется такой вот идеалист с принципами, с правилами, с гипертрофированными понятиями чести и совести. Только станет ли мир от его появления лучше? Сколько людей должно погибнуть, прежде чем правосудие свершится, и имеет ли смысл такая борьба, если даже в случае победы рядом не останется никого, с кем можно будет её отметить.

Ну почему, почему все так досконально анализируют 'криминальную' составляющую сериала (в нашем случае 'Спрут-2'), в упор не замечая чисто человеческой, житейской составляющей, дающей представление о том, что за 'тип' такой этот комиссар Каттани, блестяще сыгранный (даже прожитый- вполне по 'системе Станиславского'!) Микеле Плачидо. Сам наш прекрасный актёр в этой роли достоин глубочайшего уважения. Но вот его герой- отнюдь нет! Попытаюсь это доказать, поскольку ни в одной рецензии я не встретил хотя бы скромной попытки психологически проанализировать личность комиссара (вообще-то главного героя!). Сдаётся мне, педагоги того же ВГИКа, разных профилей и разных мастерских, однозначно бы вкатили за это своим студентам-рецензентам 'гусей'... ... Так вот, вооружившись лупой (биноклем, телескопом- кому что ближе), человек, более-менее знакомый с наукой психологией, ещё в первой части 'Спрута', да и в этой, мог бы приблизительно охарактеризовать комиссара Каттани так: 'По темпераменту- процентов на 80 классический холерик, на остальные 20- меланхолик (чтобы понятнее по фильму: после поражений впадающий в тяжелую депрессию типа 'всё, я этого больше не хочу, отстаньте от меня все!'; хорошо ещё, что не запивающий- всё же не русский, а итальянец). Громадный эгоист, обладающий огромной самоуверенностью и гипертрофированным 'Я': 'это Моё дело, Моя жизнь, Моя карма, Я доведу всё до конца...' При всём при том у него нет какого-то глубинного, внутреннего жизненного стержня (он хотя бы не верит в Бога), отчего и происходят его всяческие душевные 'метания' и 'влюблённости' (по большому счёту, он Никого не любит, и себя тоже- да, знающий себе дорогую цену эгоист, но не самовлюблённый Нарцисс, что мы и наблюдаем в сериале). Даже любовь к единственной своей (и, кстати, из-за него претерпевшей страдания) дочери Паоле, сподвигнувшая его на должностные преступления в финале 'Спрута-1', на проверку оказывается... не истинной: он любил её лишь как часть Себя, но не как самостоятельную жизнь! И когда наш комиссар разревелся, собирая вещи и рисунки своей уже мёртвой дочери- это ни что иное, как пробудившиеся 20 процентов меланхолика! А если бы Каттани Истинно любил несчастную, такую одинокую и, несмотря ни на какие перипетии, искренне любящую папу с мамой и желающую их воссоединения в одну семью дочурку, никогда бы не допустил грязной ссоры с супругой в больнице Паолы. Девочка так надеялась, что 'наконец-то мы все заживём вместе', а оказалось, что её 'взрослые' такие лжецы, соединившиеся у её больничной койки только ради её здоровья... И тут она ненароком увидела настоящие лица 'па' и 'ма' (которая тоже оказалась эгоисткой, не меньшей, чем муженёк...). В порыве бежать куда-то от этой 'вселенской лжи', от лжи своих дорогих людей, бедная Паола погибла под колёсами автомобиля... А папа и мама даже не проводили её гроб до кладбища, где-то во Франции... Знаете, в этой драме на самом деле нет ничего удивительного. Просто иллюстрация образа современной европейской 'буржуазной морали', которая со времён 'Спрута' изменилась только в худшую сторону. Увы, это объективная реальность. Ну а что до дальнейших приключений комиссара Каттани... Смотрим, это же интересно: мафия, 'Спрут'... Вот только 'положительным героем', хотя бы исходя из вышенаписанного, его уже назвать нельзя! Пусть себе совершает всяческие подвиги, рискует... Да только вряд ли Господь в конце возьмёт его к себе. Хотя бы за Паолу. Как бы он там ни каялся... Грех велик- перед своим ребёнком и перед Господом!' 8 из 10

Хотя первую часть сериала «Спрут» трудно назвать во всём удачной, темы и образы, фигурирующие в ней пришлись по сердцу зрителям. Открытая концовка словно нарочно оставляла даже не лазейку, а самые настоящие ворота для того, чтобы в них поместилось полноценное продолжение, и его скорое появление выглядит ожидаемым. На самом же деле всё не так просто. Опытный Дамиано Дамиани, стоявший у истоков видео-злоключений харизматичного комиссара Коррадо Каттани, принял в штыки идею о развитии криминальной истории, поскольку, на его взгляд, прибавить к ней было уже нечего. Можно не соглашаться с точкой зрения выдающегося режиссёра, но вспоминая излюбленный приём мастера напоследок оставить героя в отчаянной ситуации, его взгляд особого удивления не вызывает. Зато эта позиция по понятным причинам вызвала кучу организационных проблем у съёмочной группы, лишившейся ключевой фигуры, не поддавшейся на уговоры сценариста Эннио де Кончини. Спасать положение был призван Флорестано Ванчини, имеющий в загашнике награды Берлинского, Венецианского и Московского кинофестивалей, а также снявший в 1972 году криминальную драму «Насилие: пятая власть», посвящённую мафиозным разборкам на Сицилии. Надо отдать должное этому профи, поскольку он сумел уверенно продвинуть оставленный коллегой объём, во-многом задав тон всему последующему повествованию. Пожалуй, именно со второй части «Спрут» обрёл те черты, с которыми эта итало-международная «долгоиграйка» прежде всего ассоциируется у киноманов. Что же поменялось с появлением Ванчини? Самым главным признаком следует назвать увеличение динамики за счёт резкого сокращения элементов мелодрамы, обильно усеявших первую часть, и порой значительно утяжелявших её в силу отсутствия какого-либо значимого влияния на сюжет. За счёт этого происходящее на экране сильно прибавило в напряжении, смещая акценты с проблем типичного маленького человека Дамиани на более глобальные факторы. При этом режиссёру удаётся сохранить характерную для «Спрута» угрожающую атмосферу, позволяющую без всякого дискомфорта погрузиться в события. Не вызывает сомнений и эволюция образа самого Каттани, оправдывающего проницательное замечание грозного адвоката Терразини об отчаявшемся, смертельно раненном звере, порождённом чудовищной ошибкой одного из исполнителей зловещей организации. Постепенное раскрытие персоналий, так или иначе стоявших за этим роковЫм действием, интригует и заставляет следить за каждым их шагом - пусть даже они и представляют из себя последовательность из китайских шкатулок, или, чтобы проще, наших матрёшек. Так, эффект «пауков в банке» и раскрытие личности Кануто добавляют картине уместной драматичной зрелищности. Добавить ко всему этому невероятно удачное приглашение на роль композитора великого Эннио Морриконе, прекрасная музыка которого с первых минут становится важнейшим средством для завоевания сердца зрителя, и никак не удивишься тому, что «La Piovra 2» обязана своими сильными сторонами как раз двойной рокировкой режиссёра и композитора, в других случаях грозившей оказаться фатальной. Но есть у неё и стороны слабые, сказать о которых тоже необходимо, и связаны они прежде всего со сценарием. Начать с того, что именно здесь положено начало искусственному продлению жизни главного персонажа, никак не обусловленному логикой событий, в которых он оказывается. Настоящая обоюдоострая бритва, представляющая исключительную угрозу для своих врагов, практически не имеет шансов на безопасные «условия хранения», и потому сюжетная линия с тюрьмой и особенностями вызволения оттуда вызывает некоторое недоумение. Посеянные им семена растут и процветают, поскольку само последующее появление Каттани в кругу особо избранных лиц исходит из предпосылки, что члены ассоциации полные идиоты, у которых семь пятниц на неделе и дальновидность крота. Подобная натянутость не столь заметна при более сжатом хронометраже, но размеренный ход многочасового сериала слишком явно их обозначает. Как нельзя кстати оказавшийся под рукой единомышленник и одновременно возникающий конфликт интересов в узком кругу тоже добавляют зрелищу искусственных и надуманных элементов. Швейцарская сцена с заклинившим оружием уже просто вопиющая. Так к концу второго сезона протагонист из человека исподволь превращается а какой-то собирательный морализаторский символ, чья речь в финале это уже не голос героя, перечисляющего свои потери и цели, а протестный крик целого общества, не желающего существовать с оглядкой и опущенной головой. Минус это или нет, но в целом он не делает «Спрут 2» чрезмерно нелепым или слабым. Уйдя от мелодраматичных истерик, второй сезон криминальной саги обрёл тот мощный стержень, ухватившись за который зритель ещё более заинтересован в продолжении, чем после вгоняющей в дрожь первой части. Имя этому стержню - Надежда. 7 из 10

'Спрут 2' вышел в 1985-1986 годах. Достойное продолжение первого фильма. Примечательно различие в подходах к герою и его месту в мире. Если современное общество воспитывается в духе супергероев, которые в одиночку громят всех и вся, то в 'Спрут 2' герой - это маленький человек, который гнется под давлением обстоятельств. Сценаристам удается сплести вокруг героя незримые сети из горя, потерь, незаживающих шрамов в душе, из действий могущественных полукриминальных и криминальных воротил, которые сплачиваясь с властью, бизнесом, банками становятся настоящим монстром, спрутом, который обладает огромными возможнями и кажется непобедимым. Европейское кино восьмидесятых не боялось показывать человека в скорби, в утрате, потерянного, блуждающего по миру, пытающегося забыться, нуждающегося в тепле и любви. Это очень созвучно душе настоящего человека. Именно в этом и состоит жизнь. Это настоящая глубина драматизма жизни. Это правда о месте человека в жизни и его терзаниях, его чувствах. Это взрослый подход к проблемам. Персонаж Каттани во втором фильме 'Спрут' - это очень проработанный герой с внутренними проблемами и переживаниями. И создателям фильма удается акцентировать внимание, раскрыть персонаж. Это тонкое психологическое кино, погружающее зрителя во внутренний мир этого человека, естество которого требует справедливости, но который опутан щупальцами спрута. Сможет ли он победить в этой борьбе? Сможет ли он отомстить? Примечательно, что в фильме показывается механизм вербовки в криминальные структуры необходимых и полезных им людей, действия с теми, кто отказывается сотрудничать. Также показаны методы решения вопросов с вышедшими из употребления членами клана, с врагами клана. Современное кино старается эти темы обходить, заменив серьезные темы инфантильными историями для 'взрослых детей'. Фильм также рассказывает об основах деятельности 'спрута', каким образом осуществляется работа с внутренним и внешним бизнесом, с инвестициями. Импонирует в фильме то, что авторы ставят такие вопросы, которые не имеют однозначного решения. Все сложно и относительно, нет простых ответов. Нет простых решений. И именно этим характеризуется взрослая жизнь, весь ее драматизм. Человек постоянно находится среди миллиона различных вариантов и вынужден среди этого множества выбирать что-то, какой-то один, стараться делать такой выбор, с которым он мог бы жить дальше. И это прослеживается даже в отношениях Каттани с женщинами, в особенности с его женой. Длительные отношения, отношения сложные и с историей всегда обременены какими-то ошибками, обидами, обстоятельствами, с которыми сложно мириться, сложно через что-то переступить. И эти сложные моменты раскрываются в фильме. И это тоже взрослый подход к жизни, без прикрас и не очень удобно. Но зато - правда! Эксперименты с углами съемок, неопытность или отсутствие культуры работы с камерой явились результатом ряда неудачных сцен. В особенности это касается постельных съемок Флоринды Болкан. Также многие сцены являются вещью в себе. Кажется, что они существуют только для того, чтобы быть снятыми на камеру и все участники действия также исключительно и только для этого играют на камеру. Иного смысла в их действиях нет. К примеру, машина сопровождения несется по улицам города, а сидящий внутри машины человек машет из окна жезлом, разгоняя пустоту. Вокруг никого. И сцена выглядит пародией. Также во многих сценах чувствуется переигрывание актеров. Слишком много эмоций и мимики. Возможно, это следствие иной культуры итальянцев или иной культуры театральной школы. Но это переигрывание смотрится ненатурально. Каттани представляется комиссаром полиции, но при этом по сюжету, он вроде бы не служит в полиции. В общем, в фильме достаточно технических шероховатостей, которые нельзя оправдать исключительно тем, что он снят в восьмидесятые. При этом 'Спрут' остается кино для взрослых, которое рассказывает о мире суровую и местами грустную правду.