Газета

Нэд Сэмпсон приходит в 'Toledo Truth Teller' как новый главный редактор и полностью меняет их работу, предпочитая преподносить читателям что-то новое и оригинальное, когда до этого они просто копировали статьи из 'Wire Service Stories'. У многих работников газеты даже не было опыта в сфере журнализма, но всё равно они все стараются писать что-то своё. Конечно, в любом сериале будут персонажи, которые будут вас бесить — в данном случае, Эсмеральда и Кен, вот точно. Но полный энтузиазма и веры в газету Нэд, самая нормальная оттуда Мэр и всеми любимый Оскар из 'Офиса' и другие довольно смешные персонажи возможно перевесят раздражительные сцены, которые эти двое устраивают. Химия между Нэдом и Мэр напоминает наших Джим и Пэм: они хорошо вместе ладят, шутят, и между ними есть это очень ощутимое напряжение. Но они не могут быть вместе, так как Нэд её босс. У Грега Дэниелса это походу любимый троп, когда у парочки есть преграда для отношений (у Лесли и Бэна из 'Парков и зон отдыха' такая же проблема была!), но мне такое очень нравится, возможно поэтому его ситкомы мне очень сильно заходят. Этот сериал не ужасен, как многие возможно вам уже вбили в голову, даже не посмотрев толком; у него классная атмосфера и действительно смешные шутки. Мне нравятся все персонажи и динамики между ними, но больше всего сам Нэд — он местами неловкий, но такой трудолюбивый, и он действительно верит в эту газету и в своих работников. Он этим напоминает Майкла, но не волнуйтесь, он не его копия — он не такой невежественный и эгоистичный. Ну как такие люди полные энергии вам могут не нравиться? Если вы будете воспринимать этот сериал как уникальное произведение, а не просто замену 'Офиса', вам может и понравиться. И не забывайте цитату Майкла: 'You miss 100% of the shots you don't take. — Wayne Gretzky'.

Что может быть смешнее офисной жизни? Разве что офисная жизнь, приправленная каплей безумия и щепоткой гуманизма. «Газета» — это не «новый Офис» (и слава богу), а сериал, который придумал собственную правду и сказал: «У нас тоже есть сердце, и оно бьётся в нашем ритме». Сюжет строится вокруг Toledo Truth Teller — газеты, которая вроде никому не нужна, но внезапно решает стать нужной. На пустующее место редактора приходит идеалист Нед Сэмпсон (Донал Глисон), влюблённый в журналистику. За неимением бюджета он набирает в репортёры всех подряд: бухгалтеров, маркетологов и даже продавцов туалетной бумаги (не спрашивайте). В итоге выходит не редакция, а небольшой карнавал человеческих характеров, и в этом хаосе есть нечто трогательное и почти детское. Главное отличие Неда от Майкла Скотта в том, что он с самого начала не ограничен идеей «быть любимым». Его цель чиста: сделать газету значимой. И это сразу придаёт ему объёма. Он не марионетка чужих шуток, а герой, который смешит своей наивной страстью и одновременно трогает упёртостью. Но, как и в оригинале, костяк комедии держат актёры. Львиная доля юмора достаётся Сабрине Импаччаторе. Она словно гипертрофированный Майкл Скотт из параллельной вселенной, только с итальянской харизмой и женской непредсказуемостью. Её «Don’t be so self-defecated» и «Why are you so anal?» я слушал в оригинале и всё гадал: как это озвучили на русском? А вот героиня Челси Фрай — местный «голос разума». Она будто Джим из «Офиса», только с ноткой Фиби Уоллер-Бридж: так уморительно ломает четвёртую стену, что я сохранил десяток скриншотов только с её взглядом в камеру. Весь юмор здесь строится не столько на ситуациях, сколько на характерах. Никто не страдает из-за начальника (как в «Офисе»), потому что начальник здесь вполне неплох. Именно это делает комедию теплее, человечнее, и, возможно, ближе к современной реальности. Да, первые пять серий — разгон, где думаешь: «Ну, ладно, неплохо». Но начиная с шестой, сериал выжимает педаль газа до конца: японские товары, которые сжигают лицо и желудок; мороженое в форме туалетной бумаги; сны о сексе с коллегами. Тут возникает главный минус, за который я снял полбалла. Когда сериал заинтриговал, он уже закончился. Однако тот концентрированный абсурд, который я увидел, всё равно работает, потому что он подан с живостью и азартом. «Газета» точно не станет культовой, как «Офис». Во всяком случае сейчас. Но у неё свой голос, своя правда и своё сердце. Это история не о том, как мы мучаемся на работе, а о том, как работа вдруг превращается в странный, нелепый, смешной и иногда прекрасный способ прожить жизнь со смыслом. И, может быть, в этом её красота: газета, про которую все забыли, вдруг оказывается нужнее, чем кажется. Потому что её герои напоминают — мы живём ради смысла, даже если завтра в этот смысл завернут на рынке рыбу. И пусть всё, что останется потом – это лишь запах соли и следы чернил на пальцах. Но сегодня у нас есть истории, те самые, которые цепляют. 7,5 из 10 За то, что «Газета» нашла свою интонацию — смешную, трогательную и чуть сумасшедшую. А это гораздо ценнее, чем быть просто «новым Офисом».

Ремейки и продолжения в последнее время бьют, как вода из пожарного гидранта, и вот уже Грег Дэниелс, Стивен Мерчант, Рики Джервэйс и Ко возвращаются с очередной итерацией дважды легендарного 'Офиса'. Дважды легендарного, потому что ставший неисчерпаемым источником мемов американский 'Офис' - ремейк отмороженного плода британского ТВ авторства тех же Джервэйса и Мерчанта с Мартином Фрименом в роли Тима (a.k.a. Джим в американской версии). Сравнивать их - как отвечать на вопрос, кого ты больше любишь: маму или папу, но без моральных обязательств. Оригинальный 'Офис' хорош в немалой степени тем, что вовремя завершился. Американская версия слишком далеко погрузилась в сентиментальность и к финалу стала невразумительно мыльной. Что до персоналий, то незамутненный, чистосердечный идиотизм Стива Карелла (Майкл Скотт) убедительнее, а от Рэйна Уилсона (Дуайт Шрут) ощутимо веет угрозой, и их персонажи в целом сложнее и глубже своих британских кузенов. Общий уровень кринжа по палате в американской версии стабильно более высокий, и если в британской версии большая его часть приходилась на героя Джервэйса, в американской он распределен практически равномерно. Так или иначе, американский 'Офис' стал каноном. Спустя 20 лет после премьеры первого сезона его создатели возвращаются с новым макьюментари 'Газета' ('The Paper'). На этот раз старая команда документалистов (что подчеркивается) берет в прицел камер компанию по производству изделий из бумаги, включая салфетки, туалетную бумагу и... газету. Название локализуют как 'Газета', но можно назвать его и 'Бумагой', что будет весьма справедливо. Спасать утопающее и не приносящее ни гроша издание является новый редактор, этакий непо-бейби Нэд - идеалист и энтузиаст. Помимо старой съемочной команды к своей роли возвращается неунывающий Оскар Нуньес, который выглядит так, словно с выхода 'Офиса' прошли не 20 лет, а 2 месяца, в течение которых он не вылезал из спортзала и в целом неплохо проводил время. Иронично, что в главной роли - тоже своего рода непо-бейби Донал Глисон, сын Брендона Глисона, a.k.a. Билл Уизли. Впрочем, был элемент кумовства поначалу или нет, давно не имеет значения: фильмография Донала Глисона говорит сама за себя. Тут вам и Аранофски, и Гарленд, и Кертис еще в расцвете ('Бойфренд из будущего', он же 'About Time' 2013 года неизменно спасает меня в самые темные времена), и Иньярриту, и прочие, прочие. Его главный талант - творить любую дичь с совершенно невинным лицом, а что еще нужно для спин-оффа 'Офиса'? Первый сезон 'Газеты' оставил двоякое ощущение. Замашки на культовость в нем не просматривается, сериалу пока не достает характера. Причина, вероятно, в том, что это не копирка с 'Офиса', не попытка впечатлить зрителя, пробежавшись по давно остывшим углям. Он не такой взрывно-смешной, как 'Офис', хотя юмор присутствует, он чуть более сложный и чуть менее фарсовый. Не такой жесткий, не такой безумный, 'испанский стыд' не такой явный, что тоже скорее хорошо. Не все старые ситкомовские приемы сейчас срабатывают, даже (или особенно?) на том же зрителе. Сейчас полетят тапки, но когда-то культовый сериал 'Как я встретил вашу маму' не пережил проверку временем. То, что раньше лишь слегка смущало, сейчас раздражает: надуманность, бесконечные самоповторы, полный отрыв от реальности. В итоге сериал свелся к нескольким шуткам и образам, хотя мало кто уже помнит 'Пивкулеса', а 'голого мужика' - и того меньше. При этом недавний трюк с пересмотром 'Клиники' удался, и, хотя к финалу сериал подрастерял запал, смотрелся он все так же свежо, как в первый раз. 'Теория большого взрыва' тоже не теряет своего очарования, а о 'Друзьях' же и говорить нечего. В 'Газете' чувствуется осторожность, что неудивительно: шутить сейчас - дело опасное и неблагодарное. Создатели пытаются нащупать свои собственные отличительные черты: новую, не показную, лирику, чудаковатость, не лишенную оснований и своеобразной привлекательности, категорически не идеального главного героя. Ключевое, конечно - главный герой. Герои Карелла и Джервэйса представали глупыми, но самонадеянными (что часто идет к глупости в придачу) винтиками системы, наивно считающими себя акулами регионального менеджмента и желающими только одного - продолжать крутиться в системе, и именно с их безумных идей по большей части стартовали сюжеты. Герой Донала Глисона - другой. Он не глуп, но доверчив, он грезит стать настоящим редактором, для чего у него нет ни опыта, ни профессиональной команды, он часто нелеп, но не неприятен, в своем идеализме, он вполне подвержен стереотипам и часто неуемен в своем энтузиазме. Дана (самим себе) цель, а путь - продираться через закоснелость и черствость, безынициативность, апатичность, непрофессионализм в месте, где новостное издание - дань традиции, аппендикс, не отрезанный лишь потому, что не слишком беспокоит хозяина. По большому счету в 'Газете' почти все прочие герои - коллективный Майкл Скотт, а некоторые - еще и злой Майкл Скотт, чье призвание - сохранить все таким, каким оно было до Нэда. Налет идеализма и легкой поучительности, что странно, не портит. Сериал таков, потому что таков его главный герой, а мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Отдельный бонус за способность показывать, а не рассказывать. Без дополнительных пояснений понятно, что Эсмеральда - самый шумный, эгоцентричный, маниакально одержимый собой персонаж - мать-одиночка, которая заботится о себе так, как умеет, как никто и никогда о ней, вероятно, не заботился. И пусть первый сезон прошел неровно, но с отличными сценами в каждой серии, пусть герои еще не до конца раскрыты, но они яркие и с намеками на сложность. В целом от сериала веет душевностью и уютом, ему хочется выдать авансов и надеяться по меньшей мере на такой же следующий сезон. Или лучше.