VM
Vadim Madumarov
Кинокритик
Позитивный отзыв
Распространённое заблуждение в трактовке фильма Город зеро
Фильм повествует историю, полную нелепостей, доведённых до крайней степени. Это заставляет обратить внимание на то, что в жизни нелепости на каждом шагу, как будто жизнь устроена не на рациональной базе, не на здравом смысле. На мой взгляд в фильме это проиллюстрировано крайне точно и остроумно. В пресс-релизе прокатчика фильма есть такое соображение: «Город Зеро - фильм-пророчество, в котором наиболее полно выразилось предчувствие развала СССР и грядущих мировых событий». В таком ключе говорят об этом фильме много. Мне кажется, это неверно. Да, фильм вызывает гнетущее ощущение. Но, по моему мнению, неправильно считывать это как предпосылки к распаду Советского союза. Это разные вещи. Я думаю, что создатели фильма не хотели показать несостоятельность общества, и более корректно воспринимать так - фильм в гипертрофированной форме указывает на проблемы общества, над которыми надо работать, чтобы общество становилось лучше. В подкрепление хочу обратить внимание на то, что полноценно раскрыты обе точки зрения - Смородинов, который защищает строй и писатель, который критикует строй. И нельзя сказать что какая-то точка зрения доминирует. И это хорошо. Потому что это слишком сложный и многогранный вопрос, чтобы допустить существование одной абсолютной точки зрения. Когда мы пытаемся говорить, что фильм показывает то время в отрицательной краске - это пренебрежение второй точкой зрения. К этому можно добавить, что нелепости, которые являются существенной частью сюжета фильма, иллюстрируют нелепости в жизни, а не конкретно в Советском союзе. Каркас истории, если убрать исторический контекст, можно наложить на любое общество. Также мне бы хотелось сказать о предметном мире, который мы видим в фильме. Зритель обращает внимание на плохо устроенный на первый взгляд быт - обшарпанные двери, скрипы. Но здесь, скорее, это утрировано, чтобы таким образом через элементы предметного мира передать настроение в обществе. Если мы противопоставим Советские предметы лучшим мировым образцам, в большинстве случаев на их фоне Советские вещи не будут привлекательными. Но нужно помнить, что изысканные, доведённые до невообразимого уровня, предметы требуют чрезмерно много ресурсов и в условиях ограниченных ресурсов могут быть доступны только малой части общества. При этом на создание предметов для остальных членов общества, которые представляют большинство, объём ресурсов ощутимо сокращается, и уже представляется возможным изготовить только откровенно некачественные вещи. Если имеющиеся ресурсы делятся справедливо на всех, нет возможности создать изысканные предметы. Но можно создать комфортную и целостную среду для всех с учётом имеющихся ресурсов. При этом с ростом благосостояния предметный мир планомерно развивается. Большинство предметов Советского союза не являются изысканными, но они представляют разумный баланс характеристик и доступности, что соответствует здравому смыслу и красиво. При всех достоинствах, недостатках, аргументах за и против, трудно отрицать, что в мире не существовало и не существует более справедливого общества, чем Советский союз. Я предлагаю относиться с уважением к предметному миру Советского союза и к истории. Фильм, который провоцирует нас на такие размышления - это хороший фильм. Его стоит смотреть. 10 из 10
АП
Александр Попов
Кинокритик
Нейтральный отзыв
Уроки свободы: мечты и надежды «перестроечного» кино (часть 9)
Когда сейчас, спустя более чем тридцать лет смотришь «Город Зеро» Карена Шахназарова, многое в нем кажется концептуально, а главное стилистически устаревшим, что проявляется в отсутствии в этой картине своеобразной органики абсурда, которой блестяще оперирует из современных российских режиссеров, например, Иван И. Твердовский. Проблема в том, что сценарий Бородянского и Шахназарова представляет собой неструктурированное нагромождение абсурдных ситуаций, даже частично не разбавленных граммами логики, что просто необходимо для того, чтобы абсурд зрителем усваивался (что среди прозаиков прекрасно понимает тот же Владимир Сорокин, чьи тексты удивительно цельны в данном отношении). Неизвестно, читали ли Бородянский и Шахназаров произведения Сорокина 1980-х. скорее всего нет, но художественный эффект их фильма вышел гораздо слабее воздействия той же «Нормы». Используя стандартную для абсурдистов ситуацию – попадание носителя традиционной логики в среду тотального нонсенса, режиссер и сценарист смогли показать его перерождение (во многом благодаря игре Филатова, сочетающего буквально в каждом эпизоде неловкость и растерянность с проблесками настоящего экзистенциального ужаса) и готовность жить по законам абсурда. Шахназаров, и в этом еще одно его совпадение с Сорокиным, бьет здесь сразу по двум целям – официозу и диссидентству, играющих по одним и тем же правилам нравственной дискредитации врага и идеализации самих себя. По этой причине прокурор-государственник Смородинов, транслирующий почти прохановские в своей шизофреничности имперские штампы и писатель-демократ Чугунов, мечтающий развалить авторитаризм путем легализации рок-н-ролла, с позиции режиссера, - близнецы-братья, одинаково чуждые главному герою и оба эксплуатирующие его, каждый для своих целей. Парадоксально, что вроде бы прицельно стреляющие режиссер и сценарист: сначала – по производственному абсурду (сцена с голой секретаршей, обнажающая принцип «хорошей мины при плохой игре», которой руководствовалось все советское чиновничество), потом – по историческому (эпизод в музее, где все факты подтасованы, чтобы создать уверенность, что город Зеро – центр вселенной), показывают монолитность нонсенса, скалой обрушивающегося на героя Филатова, принуждая его к компромиссу (в этом отношении интересны излияния прокурора, цель которых – всего лишь убедить главного персонажа в том, что он не тот, кто есть на самом деле). Поэтому при всех своих стилевых недостатках, главный из которых – отсутствие органики абсурдного колорита, «Город Зеро» достигает некоторых своих целей, важнейшая из которых – показать советскую систему в период полураспада, накануне близящегося конца. Удивительно, как погашение света в музее в финале символично воспринимается теперь, спустя тридцать лет – как скорый финал СССР. В любом случае сегодняшний «патриот» Шахназаров когда-то снимал весьма неудобные вещи для имперского сознания, хотя уже тогда он бил наотмашь – и по советскому, и по антисоветскому. В этом смысле данная лента устарела как сатирическая притча о позднем СССР, впавшем в маразм абсурда, но не как портрет России как таковой, в которой хтонь – иррациональная ткань бытия всегда была главной составляющей существования, как для народа и интеллигенции, так и для власти, которая при всем своем беспределе в стране, так и не поняла ее алогичную суть.
Гениальная сюрреалистичная фантасмагория, требующая знание законов жанра и хорошо развитого абстрактного мышления
Если говорить об исторических и современных трактовках данной ленты, то привести их к единому знаменателю практически невозможно, т. к. каждый тут увидел, видит и увидит что-то свое и это тот случай, когда каждый и все вместе правы в своих трактовках. Дело в том, что хоть авторы физически не могли сознательно вложить в фильм его глубинный смысл, однако в результате наложения их задумки на уникальный временной промежуток, у них получилась художественная экранизация того, что физики называют квантовая запутанность. Если переводить на художественный язык ее суть, то в этой запутанности одновременно существуют все версии правды, но только до того момента, пока одна из них не назначается истиной. Соответственно парадокс этой самой квантовой запутанности состоит в том, что пока внешний наблюдатель не выбрал одну конкретную правду, он может одновременно видеть все ее версии, которые образуют условную сферу, в корой одна правда несколько изменяясь перетекает в другую и так до бесконечности. Однако, как только наблюдатель попробует сфокусироваться на любой из точек этой сферы, запутанность начнет схлопываться всё сильнее, по мере фокусировки на одной конкретной версии правды. Как только наблюдатель выберет одну правду (на языке физики произведет измерение), правда эта станет единственно возможной истиной и это событие окончательно схлопнет квантовую запутанность. Данный фильм увидел свет в 1988-м году, через 3 года после начала перестройки и на момент его создания, авторам, как и всем советским гражданам, было очевидно, что в стране происходят какие-то титанические сдвиги, но куда они в итоге приведут было категорически не понятно и именно это состояние попытались передать создатели. Т.к. ничего конкретного на тот момент сформулировать был невозможно, авторы выбрали максимально сюрреалистичный способ донесения своей мысли, которая как раз и заключалась в попытке передать суть той неопределенной суперпозиции, в которой находилась страна. Для понимания авторского замысла в первую очередь следует ответить на вопрос – кто тут главный герой? Многие, наверняка покрутят пальцем у виска и скажут, что разумеется герой Леонида Филатова, однако на самом деле он является проводником зрителя в этом причудливом мире, где действие развивается без его участия. Тогда если не он, то кто главный герой, спросите вы? А его тут нет. Этот город просто живет, однако в нем, как и в жизни существует антагонизм и, в данном случае, полярными антагонистами выступают прокурор и писатель, а остальные персонажи находятся где-то между ними, образуя облако неопределенности. У каждого из персонажей своя понятная ему правда, которой они придерживаются, и каждая их них, находясь состоянии суперпозиции, имеет право быть, однако в тот момент, когда одна из версий правды станет истиной, все остальные версии правды станут для нее ересью, из-за чего автоматически встанут в позицию антагонизма и должны быть ликвидированы. Именно на этом парадоксе строится сюжет данной ленты. Герой Леонида Филатова путешествуя по собирательному образу страны, которая находится в своего рода суперпозиции, в которой существует бесконечное количество версий правды, но ни одна из которых не является истиной, беспристрастно (насколько это возможно) наблюдает за происходящим. По сути герой Леонида Филатова из объекта истории, превращается в субъект только в самом конце, в сцене с дубом, который хоть и в форме метафоры, но жирнейшим образом, впервые за фильм, показывает авторское отношение к происходящим в стране событиям. Более того, особо примечательно, то, кого авторы выбрали на роль инициатора активных действий героя Леонида Филатова и то, как заканчивается фильм, если не считать его посыла и не понимать, что на момент съемок он был не предсказанием, а беспристрастным (насколько это возможно) слепком страны в моменте, может показаться что он кончается ничем. Однако именно так современникам фильма виделось будущее, в котором как было уже точно не будет, но что там ждет всех в тумане, не знал никто. Резюмируя скажу так – фильм отлично смотрится как в контексте исторических событий, так и в сферическом вакууме. Во втором случае, часть исторического смысла разумеется теряется, однако это особо не влияет на управляющую идею. А вот для того что бы иметь возможность уловить управляющую идею, требуется некоторая «насмотренность» и развитое абстрактное мышление, без которых понять смысл некоторых ключевых метафор и как следствие, общего авторского смысла, представляется почти осуществимой задачей, а учитывая то, что сюжет оперирует такими эмпириями, для большинства их которых не существует слов, то никакие обзоры не смогут понять истинный авторских смысл, который можно только прочувствовать. 10 из 10
Дубль #8
Абсурдный и навязчивый, во все время просмотра фильм будет пытаться сказать вам что-то важное. Но так и не сможет собрать все свои сюрреалистические шутки с историческими и современными параллелями в одну ясную и сильную мысль. Фабула фильма пересказывается очень просто: инженер приезжает в город Зеро, чтобы разрешить проблему с поставкой кондиционеров, после чего сталкивается с совершенно нелепыми и абсурдными ситуациями, из которых никак не может вырваться. Но, как и в любой хорошей абсурдистской сказке в традициях Гоголя и Кафки, дело тут не в поверхностной цепочке событий, а в особенности каждого отдельного момента и общем подтексте. Все сцены фильма – от голых секретарш и идиотов следователей до тонкой пародии на политиков и писателей перестройки – несут свое очарование в особом авторском стиле и подаче. Поэтому каждый из этих моментов в отдельности – иногда забавный, иногда затянутый, но всегда очень своеобразный скетч. Связывающая эти сатирические скетчи тема – современный автору СССР. Но, кроме социального подтекста, в фильме могла бы быть и охватывающая все человеческая (личная) мысль, которая добавила бы этому слепку с общества хоть какой-то глубины – к сожалению, не получилось. И лучше всего это видно в одной из самых важных сцен фильма – музее, проходящим лейтмотивом через всю историю. Весь напыщенный идиотизм граждан Зеро отражается в сердечней гордости музейного гида за то, что когда-то через его земли проходили троянцы, римляне и даже Аттила, а потом на них пришли товарищ Сталин и перестройка. Нелепо перемешанные исторические факты очень забавны, но в сцене есть и нечто большее: явно выделяющиеся долгие, созерцательные движения камеры. И вот в этих движениях – по замыслу как лирические отступления Гоголя, несущие главную мысль, – скрывается зерно, способное не просто карикатурно нарисовать самовлюбленного прокурора и вспыльчивого писателя, но и отразить всю их человеческую суть и всю глубины трясины, в которой оказался главный герой. И медленно скользящие планы лица Сталина, трагического взгляда главного героя и выключения света в музее очень пытаются – но так и не вносят никакой ясности и не добиваются эмоционального отклика, оставляя все то же ощущение нелепости. Так продолжится и в других сценах, где фильм попытается изобразить всех: ничего не знающих о собственном заводе директоров; пытающихся найти себе занятие следователей; кичливых защитников государственности России и настолько же закостенелых реформаторов – он показывает их полными идиотами, но при этом забывает о человеческой составляющей. Пытаясь передать современность пародиями, за которыми ничего не скрывается, фильм так и застрял в своей современности, безнадежно устарев, оставляя зрителю любую понравившуюся ему интерпретацию и не добавляя практически ничего нового.
ДБ
Данила Басалай
Кинокритик
Позитивный отзыв
Если бы Франц Кафка в СССР родился
С Кареном Шахнозаровым я был знаком только по его знаменитому «Курьеру». В нём также показывались проблемы «перестройки», но только глазами подростков. «Город Зеро» же демонстрирует переживания того периода, но уже глазами взрослого человека и совсем в другой форме. В форме 'артхауса', если позволите. Главный герой, о прошлом которого нам ничего неизвестно, по работе отправляется в маленький город, где встречается с жителями, которые уж точно не нацелены на то, чтобы помочь ему. Совсем наоборот. Алексей будто попадает в реку из сюрреалистичных образов и проблем времён перестройки, а население городка лишь всё больше усиливает течение этой реки. Обращаясь к ним за помощью, он лишь уменьшает свои шансы сбежать из этого проклятого городка. Особенно интересно то, как точно и интересно высмеивается социум того времени, когда СССР был на пороге развала. Голая секретарша, воплощающая влажные мечты директора завода, который, к слову, ничего о своём заводе и не знает. Музей, в котором рассказывают о событиях, которых и в помине не было, а это никого не волнует. Тысячелетнее дерево, которое люди ломают и разбирают при первой же возможности, как только то позволила власть. И это только самые яркие образы в фильме. Сюжет можно трактовать по разному. А вдруг главный герой и вправду сын этого злосчастного повара? Вдруг, уехав по молодости в Москву, он напрочь забыл о своём маленьком городке, а вернувшись обратно, после столичной жизни - попал в болото родственников и знакомых отца, в их быт и проблемы, что не выпускают его до самого конца. Маловероятно, конечно, но ведь в этом и прелесть подобного рода фильмов. Пересматривая, с каждым новым разом у тебя в голове могут возникать всё новые трактовки сюжета. И каждая из этих трактовок имеет право на существование. 8 из 10
Город «Зеро»/ «А давайте пойдём к дубу!» © Жаль, что в «Кубе Зеро» не было ни одного инженера. С московского машиностроительного. Он бы у того «Куба» снял пресловутую заднюю панель, а потом вышел бы оттуда, на одной из станций… «Город Зеро»
С тортом хитро сработано, аккуратная высокая бисквитная основа. Допустим, Варакин неожиданно пришёл в ресторан. И ведь когда успели только. Официант с силой втыкал большой вилкой — плотновато, выпекалось не меньше часа. Плюс оформление, сверху крепко взбитая под запекание белковая масса, а резалось хорошо, успел и остыть, и выстояться. Очень мило. На 22-й мин. ' звучит тревожная музыка', стягивающая напряжённость. Городская агломерация, придавленная чернильной стратосферой, издали наблюдает за чужим московским человеком. Равнодушная затворка кассы поставила в известность, что 'билетов нет никаких'. Предно́чная мгла синькой сжимала объятия вокруг Филатова/Варакина, инженера из Москвы. Фонари стояли зловещими свечками, диммируя авансцену Ночи. Шоссе отменно кончилось в лесу, а инженер всё ускорял шаг. Его в жар уже кинуло, торопёжкой этой, а ведь видел, что кроме ' зелёнки' глухой, впереди нет ничего. Понимаю героя Филатова. После экскурсии сложно выйти оттуда таким же, каким зашёл. Значимые события Истории Европы оказались 'влиты' в местное горло шахты-музея. Казалось, Евстигнеев уже и мне утверждающе кивает о том, что 'наиболее древние находки на территории их города относятся к периоду падения Трои '. Если не стремиться заработать V-обр. складку на лбу, ища знаки ' окончательности', а смотреть просто по обстановке, то эмоции будут сильней. Мне очень Меньшов в роли прокурора понравился. Его монолог про государственность и бессмертие прекрасен. Классный он как человек. Он чувствует тягомотие общее, а вот не будет порно из под дачного стола смотреть. Уж если срыв, то по-мужски. Единственный из местных чинуш - не болван... 'Как возьмёт!...') Сам город в туманном смурье. Так, просто совпало. Контрастом хлопки веселья и цветные блики в ДК. И все, с кем успел познакомиться Варакин, все появились, нарядные, в том зале. Как праздничные призраки, с этим своим клубом поклонников рок-н-ролла. Весь город. Филатов/Варакин даже 'вписался') танцем в общий фон. А потом он смотрит из гостиничного окна выцветшего, пасмурью окутанного здания, и по лицу его видно, что он думает. 'Я никогда отсюда не уеду'. Я люблю этот фильм. Особенность его в том, что всякий раз выдвигающиеся вперёд психологические инсталляции — шокируют заново. ... Да, почему секретарша оказалась нагой. На вечере в ДК мы ещё раз её видим, танцующей в парчовом костюме блузка+юбка. А в той обстановке её нагота ничего не меняла. Вообще. Возможно, когда Варакин вошёл в приёмную комнатку, секретарша ощущениями проросла, застряла в её пишущей машинке. Чтобы почувствовать своё тело живым, она машинально) всё сняла с себя. Когда в приёмную директора входят и выходят какие-то местные фигуры-бюсты, наштампованные из поточного металла, обнажение её бюста выглядит уже как попытка самоидентификации. 10 из 10
TT
tranquillitedelame
Кинокритик
Позитивный отзыв
Сюрреализм по-советски
Моя первая рецензия, и самое неудачное начало для этого создал фильм 'Город Зеро'. Не буду, тратить ваше время на обзор сюжета и предания рецензии целостности и наполненности. На протяжении всего фильма, у меня витала мысль: «Мне смеяться или плакать?» «Бояться или искать скрытый смысл?». Но в итоге я получил сюрреализм, подобие фильмов Д. Линча. Огромный плюс в этом я могу выделить - актерскую игру и неожиданный сюжет, больше положительных качеств я не увидел (кроме секретарши еще). Не понимаю, как можно весь фильм построить на пасхалках и отсылках, когда не все их могут понять и уловить, нужно уметь их правильно преподнести, а не навалить кучу, что бы зритель сам в ней и копался (хотя сцена с дубом и рок-н-роллом мне очень понравились, можно даже предположить, что Шахназаров предсказал, развал СССР). В итоге ждал необычной развязки, а получил гг в лодке (опять таки скрытый смысл, наверное после развала, умные и адекватные люди быстренько убежали кто куда). 5 из 10 голых секретарш
Фильмы Дэвида Линча понимает только Дэвид Линч.
После просмотра фильма я был рад, что он закончился, только и всего. А через некоторое время пришло полное осознание того, что мне этот фильм напомнил! А напомнил он мне творчество легендарного Дэвида Линча. И при просмотре я подсознательно ждал, что вот сейчас героя Филатова посадят в камеру по подозрению в убийстве повара. А когда утром камеру откроют, там будет сидеть совершенно другой человек, кавказец Махмуд. И пойдет он по своим делам всю оставшуюся половину фильма. Такие фильмы хороши несколькими вещами. Таинственной атмосферой и осознанием того, что в этом сюжете может быть что угодно. Вот в 'Место встречи изменить нельзя' - всё понятно, вот МУРовцы хорошие, вот бандиты плохие и одни других в конце переловят, интрига только в том, кого могут потерять на пути к концу произведения. Но в фильмах подобных этому, после первых выкрутасов начинаешь понимать, что дальше может быть всё, что угодно. А скорее всего, будет вообще что-то такое, чего ты меньше всего ожидаешь. Как абсурдистские произведения Сорокина, например, которые в начале логично описывают действительность, а к концу просто тонут в буквах, фразах, словах. И читаешь ты их, на самом деле, только для того, чтобы узнать, чем всё это кончится, наконец. Если уже столько всего накручено, неужели всё это бесполезно для сюжета и ничего значит? А ответ всегда один: 'Да!'. Всё это - просто навал чуши, который никому ни для чего не нужен, если только самому автору... А конец или такой, как в фильме: просто обрыв на вершине кучи наваленного бреда (95% случаев), или вершина этой горы, от которой все сойдут с ума окончательно (5% случаев, то есть, почти никогда). Так что, это в целом - аттракцион с погружением на один раз, для меня. Плюс только за актеров и атмосферу (и только для тех зрителей, которые по этой атмосфере скучают. Я, если честно - не особо). 5 из 10
ДЖ
Да Винчи должен жить
Кинокритик
Нейтральный отзыв
Урок истории от Экклесиаста
Довольно вяло начинается кино. С первых минут пахнет пылью и утром понедельника. Разит этой удушливой смесью и от серого города, и от нелепого героя, с коим, медленно и неторопливо, начинают случаться еще большие нелепости. Абсурд выходит на сцену, пошатываясь и пытаясь вернуться за кулисы, словно бы его силой вытолкали оттуда, прервав чьи-то затянувшиеся поминки. Он выходит, кланяется, - и за занавеску. Порой его извлекают на свет публики снова, - это как удар литаврами в «Сюрпризе» Гайдна: назло зрителю, чтобы будить его всякий раз, когда он окончательно приготовится прощаться с фильмом. Скупо, но хватает, чтобы удержать первые пятнадцать минут. За это время складывается убеждение, что передо мной довольно бледное подражание Кафке. Но затем… затем кино набирает обороты; товарищ абсурд окунает лицо в холодную воду и вспоминает, что у него здесь немаловажная роль, смысл неумолимо просачивается в бессмысленные диалоги, и я понимаю, что передо мной… действительно подражание Кафке, но достойное, сдобренное типично советской рефлексией и типично шахназаровским философским музицированием. Специфическая эмоциональная монотонность может помешать приятности просмотра, но, что поделать, это неотъемлемая часть картины. Собственно, на этом диагнозе я могу и заканчивать свою рецензию. Дальше можно лишь немного поболтать с теми, кто уже побывал в городе Зеро, но сидит теперь на лавочке, не желая уходить, или же не зная обратной дороги. На мой взгляд, главным героем фильма является история. Ее и воплощает товарищ Варакин, он же Махмуд, он же все, кем только не назовут. Он – из прошлого, а прошлому всегда можно сделать поддельный паспорт. И вот этот Варакин хочет, чтобы все было логично, порядочно, по существу – и даже не столько хочет, сколько привык, по-другому и он не он, и вообще все равно, что ничего нет. Но его ведут по музею, где все перепутано, все со всем смешалось. Музей этот будет всегда: во всяком случае, пока выставка не закончится. К году №1988 чувство неуверенности и бессвязности истории расползлось и окопалось во многих головах. Осталось лишь схватить его, упеленать и каким-то ловким финтом поместить на экран, что и сделал (снова) Карен Шахназаров. И снова в этом помогает маэстро Меньшов, провожая растерявшееся поколение идеи в совершенно непонятное будущее. От его героя остался только почерк умирающего поколения – вера в историю, в которой все неслучайно, все имеет ПОЛИТИЧЕСКОЕ измерение. «Неспроста застрелился Николаев» - уверяет великая когда-то вера, - «ибо все в истории развивается по великому плану, ведь иначе и быть не может». Да только план настолько уже непонятный, что от историзма остается один только фантик: хоть стреляйся, да и то вряд ли, потому что когда идея опустела, где возьмешь порох? Кульминационная сцена с дубом дает почетную фору Льву Николаевичу. Не один князь Андрей теперь прикован тягучими мыслями к злосчастному дереву, а целая когорта горожан Зеро с легионом зрителей в придачу. С треском рушится в этой сцене последняя надежда, что слова не расходятся с общим делом, то есть, что политическое существует. Но нет. Нет политического. Слова расходятся – и не только с делом, но и сами с собой. Старая политика умерла, пойдемте уже хоронить. Резюме: фильм вроде и хороший, да только унылый и, как сказал бы Рахметов, не особо самобытный. И чудится даже, что уже здесь начал выдыхаться Карен Георгиевич, вынужденный повторять не только за другими, на и за самим собой. В том же «Курьере» многие эти мысли были выражены свежее, ярче и легче. Но, как признавался великий философ истории Екклесисаст, ничто под Солнцем не ново.
Как же выбраться из этого лабиринта?
,,Город Зеро,, Карена Шахназарова является аллегорией на предшествующий развал Советского Союза. Это больше чем бредовый сонный фильм, как многим может показаться (например моей бабушке). Кинокартина 1988-го выпуска, период перестройки, новых течений, разрушения старого. Так и в этом фильме нам демонстрируют влияние западной культуры на поздний СССР: американский рок н рол, речи о демократии и свободах граждан. Это кино показывает изменения в обществе, к которым так и не смогло приспособиться советское правительство. Город Зеро - как город будущего с голыми секретаршами и джазом в ресторане. Ещё и торт принесут с твоим лицом. Мистика начинается проявляться с первых секунд: туманная железнодорожная платформа, отблеск красок светофора и фонарей в лужах. Музыка с антуражем киберпанка, герой бродящий по лесу. Атмосфера как в Сталкере. По ходу действия персонаж Леонида Филатова испытывает всё больше шока и недопонимания, все вокруг него пляшут. Краеведческий музей заслуживает отдельного внимания. Мы проносимся по всем мировым локациям и событиям, которые оказывается имеют отношение к городу Зеро. Писатель, прокурор, директор завода, хранитель музея, следователь, председатель - они все хотят что-то да получить от нашего Алёши Варакина. Он не выносит этого и отправляется поплавать на лодочке, может даже на рыбалку? Кинокартина содержит множество сатирических элементов, некоторые смешат своей странностью. Город Зеро служит как бы напоминанием о таймере с бомбой. Должно произойти эпохальное страшное событие... Стоило Михаилу Горбачёву посмотреть внимательнее этот фильм, а так надеюсь, что он хотя бы посмеялся от души.
КОММЕНТАРИИ