Очень плохие парни

По ходу просмотра проникаешься жалостью к педофилам, маньякам, серийным убийцам, насильникам и даже полицейским. Если бы их всех постигала такая участь, как учителя теологии, их впору было б причислять к лику святых великомучеников по версии еврейского аналога РПЦ или другой конфессиональной организации по месту жительства страстотерпца. Нет, я безусловно помню постулаты Библии: око за око, зуб за зуб. Продолжу экстраполяцию святой книги на фильм: ноготь за ноготь, голова за голову. Но ведь есть же и другой: «никто не может быть признан виновным, иначе как по приговору суда». Презумпция невиновности присутствует во многих УК, в израильском в том числе. Конечно, если бы сначала зритель увидел кровавую расправу над бедной девочкой, самые жестокие ее детали – скармливание конфет и отпиливание головы – и именно в исполнении первого маньяка (в фильме их несколько), он бы уже по-другому воспринимал происходящее. И если б отвращение к другим маньякам не прошло, то уж точно его бы не посетила мысль причислить первого к сонму святых страстотерпцев. Авторы же фильма, очевидно, ставили задачу сочинить детектив без детектива. Первый маньяк является виновным априори, без доказательств не только другим маньякам, но и зрителю. Финальная сцена с трупиком девочки на кровати также не дает однозначного ответа: на первого маньяка указывает только велосипед на стене, потому как зрителя до того в дом теолога не пускали. Впрочем, как и полицейских, догадавшихся нагрянуть с обыском только под конец. Почему не раньше? Ведь никаких новых улик/доказательств с тех пор не всплыло. Да и велосипеды есть у многих маньяков. Например, у второго – отца первой потерпевшей. Кстати, глядя на упоительную работу молотком и пассатижами в исполнении второго маньяка, третий (полицейский) убеждается, что тот – псих. Почему тогда ему не приходит в голову мысль, что убийца именно лысый? Грохнул свою дочку среди прочих, а теперь выбивает признание из невиновного, получая при этом немалое удовольствие (в чем и признается по ходу действа). Неужели авторы фильма не смотрели детективов? Или хотя бы не читали книг по логике. Вообще, сценарий – самое слабое место фильма. Дочка полицейского маньяка пропадает за несколько часов до звонка в участок. А мы знаем, что первый маньяк уже несколько дней под «колпаком» у двух других, не сводящих с него глаз. Есть и множество других проколов, вы их найдете без труда. Но, право, не стоит. Так как это не детектив, что следует из вышесказанного постулата об априорной виновности первого маньяка. Тогда что за жанр у творения? Комедия? Стеб над «кровавыми» фильмами? Стеб должен доходить до гротеска, чтобы зрителю было понятно отношение авторов фильма к рассказанной ими истории. И чтобы не возникало вопросов «а все ли у них в порядке с головой?» Конечно, иногда стеб бывает настолько неотличим от пародируемого жанра, что воспринимается именно как последний. Пример тому «Криминальное чтиво», которое почти все принимали за чистую монету. Помню, как на меня ворчали зрители в зале, когда я в голос смеялся над отдельными моментами. Тарантино настолько окрылился успехом, хотя поначалу наверняка недоумевал, что следующие фильмы уже ставил на полном серьезе, окончательно стерев грань между жанром и стебом над ним, введя чернуху как обязательный, морально оправданный, элемент конструкции. Но если в «Бесславных ублюдках» (и даже в том же «Чтиве») чернуха уживается с моралью, то в сабже она идет вразрез, в силу вышеприведенных пруфов. Посему кино «а ля Тарантино» из него не выходит. Быть может, комедия? Но таковой фильм прикидывается лишь под конец, когда четвертый маньяк (отец второго) с легкостью вступает в игру, как будто садится за покерный стол. Это уже тот самый гротеск. Плюс шутки с тортом и собачкой. Согласитесь, этих вкраплений мало. Остается самая прямая аналогия – корейские и тайские фильмы жанра «кетчуп». Распиливание людей пополам, вырывание зубов гвоздодером, забивание молотком – все эти радости зритель смакует, зная, что жертва – бэдбой. А в «Очень плохих волках», как я упомянул в самом начале, зритель в этом не уверен. Более того, так и остается в легком недоумении. К тому же, авторы непоследовательны на пути кетчупа – почему-то побоялись показать тело жертвы полностью – без головы. Об ее отсутствии зритель узнает много позже. Мало того, что это вносит дополнительную путаницу и в без того сумбурный сюжет, так еще и демонстрирует слабость режиссера, вступившего на скандальный путь, но идущего по нему с зажмуренными глазами. Автор фильма, кормящий зрителя картинами пыток, достойных гестапо, должен быть смелее. И наконец, последний вопрос: куда подевалась голова? Да, понятно, что эта голова, как и собственно убийство дочери, для второго маньяка не причина, а лишь повод заняться любимым делом, но все же интересно. Тем боле, что любая деталь должна иметь смысл, сказывающийся на сюжете. Кстати, классические маньяки всегда гордились своими подвигами и с радостью выдавали адреса хранилищ своих трофеев. Здесь опять поперек жанра. Но это я повторяюсь. 3 из 10 за тортик, собачку и лопату.